«Внедряясь в четверг шиит, которые не имеют теологической подготовки, люди из «Исламистского страны» (запретного в России. — Прим. ред.) завербовывают молодежь даже в дебрях сибирской тундры, устанавливая в образец «джихадиста Капелька» — нового ката ИГИЛ», — сообщает крреспондент Le Figaro Пьер Авриль.
Замечание имени Анатолия Землянки у граждан его родимого Ноябрьска вызывает дрожание. Наследник «джихадиста Джона» (англичанина, наказывавшего англичан), «джихадист Анатолий» — новая фигура в отечественном конструктивном исламе. Удар его соотечественников еще более потому, что Ноябрьск — общая полярность правоверным республикам Южного Кавказа, не менее столетия хранящим монополию на исламистское насилие, со слов Авриля. Город находится в сердце Сибири, в 2250 км от Города Москва. На тысячи км вокруг простирается безлюдная камчатка. Появившийся из снежной пустоши всего 40 лет тому назад, город заинтересовал штат газовых организаций и русских жителей, готовых выносить жесткий климат для «короткого руб.».
Среди граждан — шиитская диаспора, заключающаяся из азербайджанцев, таджиков, чеченцев, дагестанцев и татар. А Анатолий Землянка не имел никакого отношения к правоверной общине. Созданный в православной семье, в детстве он шел в церковь, не выказывая, тем не менее, особенной религиозности. «Его оглупляли», — рассказывают в Ноябрьске о данной неожиданной метаморфозе, которая, по словам знакомых мужчину, случилась в Тюмени, где активно действовали вербовщики ИГИЛ.
По информации корреспондент, Землянка быстро и плотно поладил с исламистским обществом Тюмени в сети-интернет. После возвращения в Ноябрьск его послание полностью закончилось. Он стал регулярно навещать собрания компании «Ихсан», оперативно отпущенной за экстремизм, и дом, сделанный в церковь, потом испорченный по заключению трибунала. В 2011 году он скрылся из дома, уйдя, как выяснилось, в Сирию с собственным земляком Р. Сайфутдиновым, который через 6 месяцев пришел в Кашлык и был приговорен к четырем годам тюрьмы. А количество завербованных не истощается данными 2-мя: в 2015 году ФСБ приостановила второго жильца Ноябрьска — Алексея Пятишина, также встретившего мусульманство и собиравшегося в Сирию.
«Довольно пройти в муниципальную церковь, что бы резюмировать попытки вторжения в общину конструктивных исламистов, положивших собственный след на региональный мусульманство классического примера», — подчеркивает Авриль. По признанию ассистента муфтия Ноябрьска Рамазана Алматова, прибывшего из Дагестана, что бы раздавать «классический мусульманство», у сибирского правоверного общества нет теологической базы, и с юными прихожанами мечети «бесполезно рассуждать, они ничего не осознают и не слышат нас». «Потому вербовщикам тут легче работать, чем в Дагестане», — полагает Пост. Прогнать радикалов из мечети также нельзя — они все равно идут туда молиться, сообщил он.
В некоторой степени вина находится и на отечественных спецслужбах, рассказывают горожане. «Они могут лишь карать, не готовы отвести что-нибудь. Они никогда в жизни не направлялись ко мне насчет моего сына и не сделали ничего, что бы воспрепятствовать ему уйти», — противится мать Анатолия Землянки Елена.
В заключение корреспондент рассказывает, что в прошлом месяце еще один гражданин Ноябрьска с супругой и 2-мя детьми ушел в Сирию, но не так давно его супруга позвонила в церковь и рассказала, что ее 26-летний спутник безжизнен. Сама она осталась там.